КРАЙ НАШ СОЛОВЬИНЫЙ

Курский край — это щедрая природа и богатая событиями история. Все знают курских соловьёв, славящихся неповторимыми трелями, ароматные и сочные яблоки «Антоновка», Курскую магнитную аномалию, дающую стране железную руду, и великую Курскую битву, во многом определившую исход Второй мировой войны.


Читать далее…

Свадебный обряд села Белица Беловского района Курской области

Автор описания: Токмакова Ольга Сергеевна, старший преподаватель кафедры этномузыкологии Воронежской государственной академии искусств


Экспедиция: Воронежская государственная академия искусств Год, собиратели: 1996 — Краснобаева М., Петрина А., Токмакова О. 1997 – Токмакова О., Грибкова Н. Место фиксации: Курская область, Беловский район, село Белица Место хранения: Архив Кабинета народной музыки Воронежской государственной академии искусств


История выявления и фиксации: Традиция южных районов Курской области впервые попала в поле зрения фольклористов Московской государственной консерватории в 1937 г. (экспедиция под руководством К.В. Квитки). Впоследствии на территорию Курской области, в том числе в село Белица, неоднократно выезжала профессор Московской консерватории Анна Васильевна Руднева. Главным предметом ее научных полевых исследований были музыкально-хореографические жанры и традиция инструментальной игры. Песни свадебного обряда были ею записаны, но описания и анализа курской свадьбы А.В. Руднева не делала. Исследованиями песенного, инструментального и хореографического фольклора курской традиции на протяжении ХХ века занимались О.В. Величкина, Т.А. Старостина, С.Н. Старостин, В.М. Щуров, И.Н. Карачаров, О.С. Токмакова, фольклористы-практики Е.А. Краснопевцева, Б.С. Ефремов, А.В. Кунавина, Н.В. Ермакова. Свадебный обряд и песни южных районов Курской области описаны в публикациях Токмаковой О.С., Ермаковой Н.В., Карачарова И.Н. В экспедициях Воронежской государственной академии искусств 1996–1997 гг. проведена аудиофиксация репортажей о свадьбе и песен свадебного обряда, а в сентябре 1997 г. – видеофиксация фрагментов свадебного обряда в живом бытовании. Материалы хранятся в архиве КНМ ВГАИ.


Библиография: Ермакова Н.В. Старинная курская свадьба (село Плёхово Суджанского района). – Курск: Курск. Гос.ун-т, 2005.,
Карачаров И.Н. Песенная традиция бассейна реки Псёл: Белгородско-Курское пограничье. – Белгород, 2004. ,
Ларина Л.И. Свадебные обряды населения Курского края.// Культура Курского края (лингво-этнографические очерки). – Курск: Изд-во КГПУ, 1995.,
Руднева А.В. Курские танки и карагоды. – М., «Советский композитор», 1975.,
Токмакова О.С. Заключительные обряды свадьбы южных районов Курской области // «Живая старина», 2001, №2.,
Токмакова О.С. Зооморфные и орнитоморфные персонажи курской свадьбы (район курско-белгородского пограничья). // «Этнография Центрального Черноземья». Сб. науч. трудов. Вып.4.- Воронеж: «Истоки», 2004.,
Токмакова О.С. Композиционные приемы строения поэтических текстов «алилёшных» песен в традиции Курско-Белгородского пограничья.// Народная культура сегодня и проблемы ее изучения, Сборник статей: материалы научной региональной конференции 2008 г. / Воронежский государственный университет – Воронеж: Научная книга, 2009. (Афанасьевский сборник: материалы и исследвоания; вып. VII).,
Токмакова О.С. Свадебные песни сел Белица и Гирьи Беловского района Курской области в контексте традиционной культуры. Дипломная работа студентки 5 курса отделения музыкальной фольклористики Воронежской государственной академии искусств. – Воронеж: КНМ ВГАИ, 1999. Рукопись.,
Токмакова О.С. Свадебные песни южных районов Курской области (к вопросу типологии напевов). // «Фольклор и литература». Сб. статей по итогам научной региональной конференции «Проблемы собирания и изучения фольклора в современных условиях». — Воронеж: ВГУ, 2001. Фольклорные песни Курской области. Традиционные свадебные песни села Белицы и деревни Гирьи Беловского района. / Сост. О.С. Токмакова. Вып.7. – Курск, ОДНТ, 2009.


Сценарий свадебного обряда в селе Белица типичен для южнорусской традиции. Он включает в себя следующие этапы: сватовство – двороглядье – пропой – первый день свадьбы с приездом свадебного поезда жениха, выкупом невесты, переездом молодых в дом жениха и повёртыванием (обряд смены девичьего головного убора на женский) невесты – второй день свадьбы с испытаниями молодой – третий день, когда гуляют с рушниками.
Обряд сопровождается свадебными песнями, среди которых важное место занимают алилёшные (с припевом «лёли-лёли») плясовые песни. Сведения об обряде соответствуют его состоянию на 30–40-е годы ХХ века. В современной свадьбе продолжают использоваться действия карнавального характера.

Село Белица Беловского района Курской области возникло в XVII веке во время строительства линии защитных укреплений – Белгородской засечной черты. В этот период на курские земли прибыли служилые люди из центральных и западных земель Московского государства, которые  впоследствии перешли в сословие государственных крестьян-однодворцев. Именно они являются предками нынешнего населения Белицы и других русских сел, входивших ранее в Суджанский уезд Курской губернии. Здесь сформировалась локальная песенная традиция, характеризующаяся обилием карагодных (хороводных) песен и плясовых инструментальных наигрышей, развитой системой хореографических жанров. Музыкальный фольклор, в том числе связанный со свадьбой, активно бытовал здесь вплоть до второй половины ХХ века.

Большинство свадеб играли в зимний мясоед – между Святками и масленицей. Реже свадьбы игрались осенью и на Красную горку.

Женились обычно в возрасте 17–20 лет. Когда в семье было несколько детей, в брак вступали по старшинству.

В старину выбор пары осуществлялся родителями жениха. Они стремились взять богатую невесту, хорошую работницу. Помимо хозяйственных навыков высоко ценилось умение петь и плясать. С 30-х годов ХХ века молодые люди стали сами выбирать себе спутника жизни. Знакомство происходило на праздничных гуляниях – в карагодах или на вечеринках.

Свататься приходили сходáтаи – отец, мать жениха и кто-нибудь из его близких родственников (тетка, сестры, крестные). В ХХ веке на сватовство стал приходить и сам жених. Свататься ходили вечером. Зайдя в дом, матицу не переступали. Заводили разговор в иносказательной форме: просились переночевать или выражали желание купить телочку («Мы слышали, у вас есть телочка на продажу…»).

В случае согласия в тот же день родственники невесты шли глядеть женихова двора. После осмотра от свадьбы еще могли отказаться. В ХХ веке продолжали ходить глядеть двора для того, чтобы обмерить окна, поскольку невеста должна была приготовить занавески, рушники, пелену на икону для своего нового дома.

Окончательно договаривались о свадьбе на пропое, где устанавливали сроки свадьбы, количество гостей, состав приданого и дары родным жениха. В ХХ веке сватовство и пропой стали устраивать в один день.

Во время пропоя подруги невесты стояли на улице, гляделись в окна и играли песни. Родню жениха встречали песней «У нас нынче у ночи». Во время застолья пели «Да у тереме высоком», «Полно тебе, калинушка, в лузях стояти».

Сундук – приданое для невесты – собирали заранее. В него входила одежда, холсты, рушники, скатерти-настольники, постель.

После пропоя невеста садилась за подготовку даров, количество которых зависело от состава семьи жениха. Невеста должна была подготовить подарки его родным и одежду самому жениху – рубаху, штаны, лапти, пояс. Подруги помогали невесте: шили у себя дома и потом приносили готовые вещи.

Девичник в курской свадьбе представлял собой веселую молодежную вечеринку, где подруги грали веселые песни и скакали (плясали). На девичник приезжал жених с товарищами. Разыгрывался символический выбор женихом невесты: девушки выстраивались в ряд, третьей по счету становилась невеста. Жених трижды проходил мимо них под песню «Бор-перебор». На третий раз жених брал невесту за руку и ставил рядом с собой. Девушки обыгрывали их песней «Борушка-переборушка».

В этот же вечер или утром свадебного дня родне жениха продавали сундук с приданым. Вещи из сундука вынимали, передавали по цепочке, показывали всем присутствующим и клали на повозку. Потом приданое везли в дом жениха и развешивали по хате.

Накануне свадьбы в обоих домах пекли караваи. Их украшали цветочками из теста и заворачивали в тканый настольник. На каравай жениха клали кусочек мяса, а на каравай невесты – гребень.

Утром первого дня свадьбы в доме жениха снаряжали свадебный поезд. Лошадей украшали лентами, обкручивали дуги поясами. Рушником через плечо перевязывались свадебные чины –  свахи, дружкó (женатый мужчина из рода жениха). Родители благословляли жениха иконой. Вместе с ним в свадебном поезде ехал дядька – неженатый друг жениха.

Под песню «Собирается Иванушка на охоту» поезд выезжал со двора. В дороге бояре жениха пели песни «Кованое точеное колесо», «Сизенький-касатенький селезень», «За речкою огни горят», а подъезжая к дому невесты – «Летели сизы голуби через двор».

Перед приездом жениха в дом к невесте собирались подруги и одевали ее в праздничный абликатный сарафан или сарафан-шубку (из алого шелка), карагодную рубаху, шелковую завеску и многочисленные пояса. Лицо невесты закрывали ковровым платком.

Невесту сажали за стол – в красный угол, где она находилась до приезда жениха. На столе ставили хлеб-соль, но весь первый день невеста и жених ничего не ели. За столом пелись песни «Былка-чернобылка», «На дворе цветет желтый цвет», «Ты сосна, моя сосенка». Невеста плакала, но обычая причитать в голос в курской свадьбе не было: «причитывают только по покойнику».

На приезд свадебного поезда пели «Стукнули-грякнули недоуздочки во дворе», «Стой, конь, под горою». Ворота закрывали и не пускали жениха без выкупа. В сенях свахи с каждой стороны поднимали к потолку караваи, завернутые в настольники, – чья сваха выше поднимет, тот и будет главенствовать в семье. После этого караваями менялись: каравай невесты везли в дом жениха, а каравай жениха оставался в доме невесты.

Место возле невесты и ее косу продавал младший брат, который держал в руках скалку. Он ударял ею об стол и приговаривал: «Моя коса не рублевая, моя коса сторублевая», пока не получал достаточный выкуп. Подруги невесты и бояре жениха обменивались при выкупе песнями-дразнилками.

Невеста прощалась с родными. Мать стояла с иконой, благословляя дочь к венцу, отец держал хлеб-соль. Невеста целовала их, кланялась под песню «Марьюшка Богу молится».

Дружкó троекратно обводил невесту с женихом вокруг стола, ведя их за рушник. Из дома молодые выходили под песню «Дубровушка зеленая». На улице невеста молилась, кланялась на четыре стороны, после чего процессия трогалась в путь под песню «Съехала Марьюшка со двора». В поездé пели песни «Зиму-лето сосенушка была зелена», «У ворот зелен сад расцветал» и другие.

Оставшиеся в доме невесты родственники, подруги, соседи после отправления молодых к венцу делили женихов каравай. Этот обычай назывался тушить овин.

В доме жениха на пороге молодых встречали свекор и свекровь. Бояре жениха пели песню «Вечер вечереет». Мать жениха держала хлеб, а отец икону. Молодые целовали хлеб и икону, получали благословение родителей и вступали в дом. Молодых сажали на лавку и отгораживали от всех присутствующих куском материи (миткалем), который держали дружкó и невестина сваха со свечами в руках. Далее совершали повёртывание невесты: под песню «Вот так мы повили» свахи заплетали невесте две косы, укладывали их на голове в пучок, а сверху надевали кукошник – женский головной убор. Обряд смены прически и головного убора символизировал смену статуса невесты – «её бабой делают».

Свадебных гостей рассаживали за столом в соответствии с почетом и степенью родства. Начинались дары. Дружкó наливал вино, а сваха невесты обносила гостей: сначала крестных родителей и близких родственников, потом всех остальных. Закусывали караваем невесты, который молодые привезли с собой. Невеста одаривала родню жениха. Дарами были рубахи, рушники, пояса, платки, отрезы на платье или рукавá – короткие рубахи без подставки (подола). Гости в свою очередь одаривали молодоженов деньгами. На дарах звучали песни «Хорошее наше деревце калина», «Ой, по морю, морю».

На пиру первым блюдом была куриная лапша, потом выносили мясо, холодец, пироги, кисель, ставили узвáр – компот из сухофруктов. Последней подавали кашу. Долго за столом не сидели: «По три рюмки обнесут – и вылазиють. ‘Грают, скачут!» Звучали величальные и карагодные песни, наигрыши «Тимоня» и «Чеботуха». Молодожены уходили ночевать в пуньку – плетеный сарай, а гулянье могло продолжаться до поздней ночи.

Утром второго дня будили молодых. В хату затаскивали телёнка – мяльницу для льна, бочонок или пень. Молодых будили стуком и криками: «Вставайте, теленок замерз! Ваша корова его ночью родила, а молодые проспали!» Телёнка укутывали в одежду – согревали, и, получив выкуп от молодых, выносили из дома. В современной свадьбе «телёнок» – это пень, который женщины наряжают в женскую одежду перед домом жениха. А выкуп за теленка с гостей, пришедших на свадьбу, берут ряженые. Рядились в вывороченные шубы, мазали лица сажей, переодевались в одежду противоположного пола, наряжались в «сапожников», «цыган», «докторов». Ряженый «конь» катал детей по селу.

На второй день молодуху испытывали: заставляли подметать хату, кидая на пол солому, мелочь: «Не слепая ли наша молодайка?»

Главный обряд второго дня свадьбы – вадý выливать. Жених с невестой, сваха с коромыслом и дружкó с вёдрами шли к колодцу. Дружкó набирал вёдра, сваха несла их и возле дома отдавала коромысло невесте – «чтобы все посмотрели, как молодайка умеет воду носить». Перед молодыми, идущими к дому с водой, разметали дорогу. У хаты процессию поджидал дядька с чапельником (ухватом), который охранял плетёный кошéль для выливания воды, принесенной молодкой. Молодые ходили за водой на три колодца – «чтобы молодайка знала, где воду набирать». У ворот плясал карагод, звучали песни «У нас нынче молодушки не прядут», «На край моря калинушка стояла», «Ой, во поле».

Третий день отмечался гулянием по селу с рушниками, чтобы показать, «какие дары молодайка подарила». Гости снимали со стен рушники и скатерти, изготовленные молодухой, набрасывали дары на плечи и с песнями («Да под лесом, лесом» шли по селу.

На масленицу родня невесты брала отводы – приглашала к себе молодых, устраивая «такую же беседу, как и свадьба». На отводах пели величальные песни «Что это за дивище», «Во садику, во зеленом соловейка спит». В субботу на масленичной неделе молодожены посещали родителей невесты, где им дарили теленка или овечку, поэтому суббота носила название даровáя.

Звучащие в обряде свадебные песни делятся на две группы. Одни сопровождают важнейшие действия ритуала, переводящие девушку-невесту в новый социальный статус замужней женщины. Исполнение этих песен строго закреплено за ситуацией, отличается серьезностью, неторопливым темпом. Среди них выделяется политекстовый напев, на который поется несколько поэтических текстов (в том числе «Былка-чернобылка»). Он звучит на переходном этапе: от сидения невесты за столом (знак ее отделения от подруг и семьи) и до повёртывания (знак ее перехода в новый статус).

Другие песни имеют более обобщенное значение. Они являются музыкальным символом контактов двух родов, поэтому звучат на всём протяжении свадьбы. Почти половина из всего корпуса свадебных песен поётся на два устойчивых типовых напева (в частности, на них распеваются песни «Зиму-лето сосенушка была зелена» и «За речками огни горят»). Песни этой группы многочисленны, менее жестко закреплены за обрядовой ситуацией, их основное содержание – величание молодых и свадебных чинов, поэтому момент и порядок их исполнения выбирается свободно.

Большинство свадебных песен курской традиции исполняется под пляску, они звучат в быстром темпе, имеют четкий ритм, отражающий ритм плясового шага, сопровождаются хлопками в ладони, выкриками-ихами. По мнению певцов, они поют в один голос, но мелодия и ритм у каждого исполнителя варьируется, результатом чего является плотная многоголосная фактура с ритмической полифонией пропевания слогов, особенно в припевах-лёлях. Все эти черты присущи ведущему жанру традиции южных районов Курской области – карагодным песням. Именно их стилистика повлияла на песни свадебного обряда.

Карагод вписывается в свадебный ритуал. Он сопровождает все ситуации контактов двух семей, начиная с пропоя и заканчивая послесвадебными отводами. Карагодные песни и наигрыши звучат на протяжении всей свадьбы, дополняя обрядовые свадебные песни.

В настоящее время свадебный обряд трансформировался, но продолжают воспроизводиться отдельные обрядовые действия традиционного ритуала: выкуп невесты, обмен караваями, благословение молодых, их обход вокруг стола и выход из дома под руководством дружка. По-прежнему дружка, свах и музыкантов перевязывают рушниками через плечо. Наиболее актуальны действия карнавального характера: торги за невесту, ряжение, «выливание воды», действия с «телёнком» на второй день. Из музыкального сопровождения востребован только пласт инструментальных наигрышей, среди которых местные «Тимоня» и «Чеботуха», общерусские «Цыганочка», «Семеновна», «Барыня», «Страдания».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Контактная информация

ОБУК «Курский Дом народного творчества»
305016, г. Курск, ул. Советская, 93
Тел./факс: +7 (4712) 54-96-13
odnt@list.ru

 

Часы работы

понедельник-пятница 09.00-18.00 перерыв 13.00-14.00
суббота, воскресенье — выходные


Архивы

Рейтинг@Mail.ru